Сегодня пятница. Я сутки не снимал носки, и много ходил по мокрым лужам. Ноги отсырели и запрели - стало больно наступать. Я их мажу мазью в ближайшей кафешке, пью кофе, ребята наливают чай в термос. Мне дали направление - иди в старый город на улицу баб Тума, там найдешь музыкантов.
Моросит, прохладно, но все равно здорово. На площади обнаружил симпатичную скамейку, и сейчас сижу, пишу, сушу носки и кроссовки, пока светит солнце и стало тепло. Ем хлеб с чаем. я собственно давно мечтал о таком простом одиночестве, а теперь когда оно наступило - как-то грустно. Стараюсь понять счастливы ли эти сирийцы или нет, куда они спешат?
Ко мне подсаживается старик Исаак из Ирака, 70 лет. "Я здесь уже год живу. Переехал из Багдада. Мои дети кто где - один в Гетеборге в Швеции, другой в Германии" Ему одиноко - это видно. Мы разговариваем о жизни.
- Живи, Илья, так как будто этот день последний, и так, как будто ты будешь жить вечно
- Да, Исаак, на эту тему есть казахская поговорка: "Если жить осталось до обеда, делай запасы, чтоб хватило на вечер"
- Я, мой друг, как ты - все пытаюсь что-то изменить... Но... что-то не так.
- Я хочу, мой друг, продать термос, потому что кончились деньги.
- Иди в церковь - там тебе помогут.
Пытаюсь его развеселить, да и самому смешно - не дадут спокойно посидеть)) А он молодец - знает размеры разных стран, читает газеты, и вообще образованный человек. Он провожет меня к ближайшей церкви и исчезает.
Священник ни чем помочь не может, даже термос купить не может. Иду дальше - интернет. Я им: хочу продать термос. "Нам не нужен, но если тебе нужен инет - садись". По пути к рюкзаку захожу в каждую лавку - продаю термос. Через 40 минут термос превратился в 150 лир. Класс! забираю рюкзак, покупаю сигарет и двигаюсь обратно в сторону хорошей площади. По пути приметил улицу, где я хочу встать и пойграть на флейте (провести еще один социальный эксперимент).
Меня ведет за собой Оранжевый жираф, весело подмигивая мне из заднего окна медленно проезжающей машины. Я иду за этой машиной как дурак)) Она приводит меня снова в тот же инет... оставляю рюказак здесь, а сам иду играть. Мне очень и очень смешно. Кладу шапку и начинаю дудеть. Не сказать, что играю виртуозно, честнее сказать, что вообще не умею играть. Но мой плюс в том, что не боюсь и мне любопытно играть в такую игру. Присоединяются мальчишки - и стучат - вместе веселее. А вот и первые 50 лир! О, чудеса!
Ем шаверму на углу, наблюдаю за праздничными предрождественскими сирийцами, вижу бомжа. С радостью вручаю ему весь хлеб, чистые штаны, полотенце, свечи, щетку с пастой. Подарок простого человека простому человеку. Он в шоке, в душе благодарит меня, исчезает в толпе.
Может быть это хорошая идея - поехать в Ливан завтра, даже если не будет ответов. Около шавермы заприметил рекламу с номером телефона. Прошу ребят сделать звонок на этот номер, они не понимают, что я хочу. Тут мы встречаемыся взглядом с девчонкой. Она переводит им, мы знакомимся, она говорит что может мне помочь с ночлегом, идем, говорит. Ее зовут Лия, она студентка, и здесь неподалеку ее сьемная комната, в которой она живет с еще двумя сестрами. В принципе у них есть подсобка, а там старый диван, но удобно ли мне будет там спать, и еще не понятно, хозяйка их дома будет ли согласна пустить странника на ночлег, она ведь весьма традиционных взглядов, хотя они за свой счет починили крышу, и Лия думает что можно договориться.
Хорошие девчата. - Бана - очень приятно, Илья. - Даяна, очень приятно, Илья. Они все говорят на английском, из Латтакии, угощают чаем, хлебом, й-огуртом, посуда не мыта, вот диван, а ты правда из России? О! Тогда мы тебе покажем фильм, который любит смотреть наш папа. Выносят комп и показывают фильм - празднование 64 годовщины победы над фашистами - парад 2009 года на Красной Площади, где Путин, Медведев принимают парад у Сердюкова, который стоя в автомобиле ездит по площади среди полков бритых красивых молодых офицеров, на лицах которых ни капли эмоций, и лишь одно тайное скрытое желание, понять которое просто - им всем жутко хочется в туалет, потому что они на площади уже давно. Потом все четко маршируют с равнением на главнокомандующего, который с серьезным видом, как подобает командующему, почти грозно смотрит вперед, в светлое будущее нашей Великой Страны. Все это сопровождается коментариями на-арабском.
Появляется сын хозяйки квартиры, говорит что, ночевать здесь не можно, здесь все таки девушки, что скажут люди, ссылается на консерватизм и строгость матери, видно что он ее боится, несмышленый малый. Тьфу. все жутко извиняются, понуро молчат, девчонкам стыдно, что посеяли надежду на ночлег, а ночлег обломался. Я молча ухожу, поблагодарив Лию, в ветренную холодную ночь искать место для палатки в любом из парков. Так будет проще всего. А то две крайние ночи почти не спал, и как еще держусь - непонятно.
Через час ноги приводят меня в церковь. "В церкви тебе помогут" - вспоминаю слова Исаака. Здесь открыт туалет, я ставлю палатку, мою ноги с мылом и быстро отрубаюсь. Сны, сны, и последний сон про Марину Максимову, как будто я ее встретил, и она передает мне уже вскрытое письмо. Ее голос звонкий и просветленный, как будто она читает мантры... Это меня окончательно будит. Кто-то стучит в палатку.